Он улетел, но обещал вернуться."

Фрекен Бок о Карлсоне

Посвящается моим друзьям

С Богом, милый мой,

вот ты и прощаешься со мной,

со мной.

Со мной осталась боль моя,

подружка сердобольная,

и что же тут поделаешь,

опять она со мной.



С Богом, милый мой,

ты ведь возвращаешься домой,

домой,

а мне тоска печальная

и суета вокзальная,

ну, что же тут поделаешь,

достанется одной.



Знай,

только знай,

что у каждой нашей встречи острый край:

мне сегодня снова

глаз твоих тепло

заслонит вагонное стекло.



С Богом, милый мой,

видно, так назначено судьбой,

судьбой,

как ленточка, что, кажется,

вьется, но не вяжется,

она вовсю куражится,

смеется надо мной.



С Богом, милый мой,

вот ты и прощаешься со мной,

со мной.

Со мной осталась боль моя,

подружка сердобольная,

и что же тут поделаешь,

опять она яо мной.



(с) Марина Копура гр. "Кукуруза"



Очень мне нравится фраза: "Я, ведь, как Карлсон, - всегда возвращаюсь." Особенно в этой фразе хорошо смотрится слово _всегда_. Не люблю я этого слова, впрочем, как и слова _никогда_. Неправильные это слова. Зато успокаивающие. Зато в них хочется верить. Во всяком случае, в момент их произнесения. И верим мы - искренне так, со всем пылом, на который способны. А что нам еще остается?

Но он-то - вернется. Ты же знаешь, он всегда возвращается. Возвращается в этот город, к тебе. Карлсон. Милый такой, всеми любимый Карлсон.

Только вот этот Карлсон возвращается не домой. А в холодный номер гостиницы, чтобы согреваться там пятьюдесятью граммами виски. И вместо чая с плюшками, в гостях он пьет белое сухое вино. И нет у него домика, даже самого маленького, на крыше твоего дома.

Зато у него есть полугодовые перерывы между встречами, дальние перелеты и родные лица здесь, в городе с сумасшедшим ритмом жизни и паутиной ночных улиц. Днем, почему-то, улицы кажутся понятнее, а ночью, действительно, напоминают паутину.

"Как мне добраться до ..?" - спросит Карлсон и ему махнут рукой по направлению "вперед", иди, мол, все равно выйдешь, куда надо, Москва, она маленькая.



Знай,

только знай,

что у каждой нашей встречи острый край:

мне сегодня снова

глаз твоих тепло

заслонит вагонное стекло.



Только он не ездит на поездах, летает он. Карлсон, все же. Хоть и современный.



Я вернусь в этот город

промозглым и тягостным днем.

И опустится небо

свинцовым туманным ознобом.

Дрогнут руки твои,

тронув холод озябшим теплом,

опуская поднятый обьятием ворот.

Я войду в этот мир,

словно в нем никогда не жила,

Резко чувствуя как я тебе не чужая.

И дыхание ветра умчит на себе поцелуй,

обжигая дурманящим запахом мая.

Эта странная встреча,

которая быть не могла.

Окунувшийся в небо,

потерянный в осени город.

И Любовь-иностранка,

разящая душу в глаза.

Возвращение в жизнь

после долгих, томительных сборов.



(с) Русалочка



20.10.98г.